ИСТОРИЯ И ГЕНЕАЛОГИЯ КУНГУРА
Вы хотите отреагировать на этот пост ? Создайте аккаунт всего в несколько кликов или войдите на форум.
Опрос

КУНГУР ЭТО

МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap13%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 13% [ 28 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap35%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 35% [ 74 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap10%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 10% [ 21 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap13%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 13% [ 28 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap8%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 8% [ 16 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap13%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 13% [ 27 ]
МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_lcap9%МОЗЖЕРИНЫ  I_vote_rcap 9% [ 19 ]

Всего проголосовало : 213

Галерея


МОЗЖЕРИНЫ  Empty
Партнёры
Free counters!
Поделиться в сетях
Февраль 2024
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
26272829   

Календарь Календарь

Малый Гостиный двор 180х120
Читайте книгу "Кунгур.
Хроники старых домов"


МОЗЖЕРИНЫ

Перейти вниз

МОЗЖЕРИНЫ  Empty МОЗЖЕРИНЫ

Сообщение  Алина Дием 08.09.17 11:49


   В Засылвенской части Кунгура дед поставил наш дом неслучайно. Родственники бабушки – Мозжерины – жили в Кунгуре издавна. В переписной книге второй ревизии 1747 года упоминается:
   «457. Написанный в прежнюю перепись посадской Афанасий Тимофеев сын Мозжерин 37 лет, у него брат Григорий 28 лет, у Афанасия дети Иван 14 лет, Матвей 4 лет, Петр 5 недель, у Григорья сын Андрей 1 год».
   А указанная «прежняя перепись» – это первая перепись 1719 года. Обратимся к ней: действительно, ещё в 1719 году жили «во дворишке Епифан Сидоров сын Мозжерин 70 лет, у него сын Тимофей 45 лет, у него сын Афанасий 10
лет».
   Да и в Кунгур пришли Мозжерины в 17 веке не издалека, а из близкой деревни, ибо упоминаются в Кунгурской переписи 1679 года: «в деревне Баранчине... Мишка да Ивашко да Першка Федотовы дети Мозжерины.
   Макарко Фадиев сын Мозжерин». (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 226. Л. 158 об.)
   Как видим, Мозжерины – старинная кунгурская фамилия.
   Третьяковы были Мозжериным давней и дальней роднёй, но стали гораздо ближе, когда двоюродная сестра бабушки – Ориша – вышла замуж за Андрея Мозжерина и поселилась у него в Засылвенской части на углу улиц Мининской и Марьинской. Андрей Мозжерин – потомственный сапожник, чеботарь-надомник. Усадьба у него наследственная, большая, а по советским временам, непозволительно большая. К тому же в округе всегда ходили слухи, что «излишки» будут «обрезать». Когда и сколько «обрежут», кого подселят – ничего не известно, вот и решили Андрей и Ориша Мозжерины предложить купить у них по-родственному, а значит, подешевле, часть участка родственникам Ковшевниковым. Бабушка с дедушкой в доме на Мининской у Мозжериных бывали, участок знали хорошо. Привлекала и солнечная сторона, и тишина окраины. Оформили документы, как положено у нотариуса, а вот номер дома дали с буквой, потому что вписались в старую нумерацию – вот почему наш номер дома – 65-а, где «а» – новая часть старой усадьбы Мозжериных.
   Дом Мозжериных – двухэтажный, с невысоким каменным низом и деревянным верхом – типичный кунгурский дом. В нижнем этаже у дяди Андрея была сапожная мастерская, куда я заходила по-родственному в любое время. Даже запах его мастерской помню: смесь кож и вара. Дед частенько сидел у дяди Андрея, ну и я с ними. Это оттуда, из глубин детской памяти, всплывают слова: дратва, юфть, колодки, голенища, фининспектор. Говорил дядя Андрей невнятно, потому что во рту у него всегда были маленькие деревянные гвоздики. Он стучал молоточками, не переставая, весь день. На ногах я его и не помню – всегда сидя у окна, в большом кожаном фартуке, в руках молоток, в губах гвоздики. Он и смеялся краем губ, не выпуская гвоздики изо рта. Не пил, не курил, не матерился, как и дед наш. Они, два ремесленника, думаю, прекрасно понимали друг друга, потому и дружили-ладили.
   Тётя Ориша – маленькая, сухонькая, говорливая. Полная противоположность нашей статной бабушке-молчунье, но ладили обе, без сомненья. Мама моя дружила с их старшей дочерью Раисой, которую я совсем не помню, потому что уехала она на Кубань, когда я была слишком мала. Там Рая Мозжерина вышла замуж и прислала две посылки одновременно – своим родителям и нам. Посылки с кубанскими грушами. Мне было лет 5 или 6, а я груши живьём не видала, всё в сухофруктах да компоте. А тут такое счастье – зелёные, большие, твёрдые и сочные – настоящие! Разве такое забудешь?
   Яблоки в то время до Кунгура как-то доходили, можно было их купить свежими. К Новому году привозили мандаринки. А сливы, вишни, абрикосы, груши – только в сухом виде. Это сейчас в Кунгуре все фрукты доступны, даже экзотические.
   С Мозжериными у меня связаны две смерти. И слово «смерть», и горе, которое она принесла, – это внезапная смерть дяди Андрея. Первая в моей жизни смерть. Смерть близкого человека. Не болел, умер внезапно от сердечного приступа на своём рабочем месте у окна. Может быть, и деревянные гвоздики остались у него во рту. Горе не приходит одно. Тётя Ориша была вынуждена продать свой большой дом и купить что-то поменьше – домик на соседней улице, в каком-то переулочке. Мозжерины переехали. Мы загрустили.
   Средняя дочь Мозжериных Маша и младшая Лиза были школьницами и со мной, малолетней, особо не дружили, но и не обижали, всё-таки родственницы. Иногда я приходила к ним поиграть, покачаться на качелях.
   Они очень мне помогли позже, когда умерла моя бабушка. Я была так потрясена, что заболела, находилась в прострации, а попросту впала в молчанье и сон. О школе не могло быть и речи. Молча я заходила иногда в дом к тёте Орише, она наливала мне стакан парного молока от своей коровы, я садилась на качели у них во дворе и взлетала к небу, в рай. К бабушке.
   Потом приходили из школы Лиза и Маша, мы садились за стол в их девчачьей комнатке и вырезали из бумаги рисованные кукольные платья. Девочки болтали, не обращая внимания на моё молчание. А мне и надо было только, чтобы со мной не разговаривали.
   Бумажные куклы у Лизы получались, как настоящие принцессы, – с золотистыми кудрями и голубыми прекрасными глазами. И бумажные платья она им шила лучше Маши и меня. Добрая тихая Лиза станет в будущем такой же красивой, как её детская бумажная принцесса. Лиза выйдет замуж за лейтенанта и уедет с ним служить в Германию. Сказочная, по советским временам, судьба.
   Маше Мозжериной достанется совсем иная жизнь – с тяжёлой работой, без мужа и детей. Свой домик ей придётся опять продать и купить скромную половинку старого дома у Карасьего озера. Мы навестили её там, когда приезжали в 1990 году в Кунгур. Грустная получилась встреча. Милые Мозжерины, я вас всех помню и люблю.

Я летала по небу.
Небо пахло коровой.
И качели мычали
и над хлевом взлетали.
Облака – молоко,
а глаза васильков
с сеном съела корова.
Заскрипели качели
в смертоносном апреле.
Души плавают в небе.
Вот сейчас дотянусь
до заоблачной марли
и парным молоком
по глоточку, по капле напьюсь.
Рай ведь рядом совсем,
он над тёсовой крышей, –
там и бабушка
с тётей Оришей.
Алина Дием
Алина Дием
Русская поэтесса
Русская поэтесса

Сообщения : 87
Очки : 196
Репутация : 1
Дата регистрации : 2017-08-28
Возраст : 69
Откуда : из Пермского края

Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения