Опрос

КУНГУР ЭТО

12% 12% [ 12 ]
32% 32% [ 31 ]
11% 11% [ 11 ]
14% 14% [ 14 ]
10% 10% [ 10 ]
13% 13% [ 13 ]
6% 6% [ 6 ]

Всего проголосовало : 97

Галерея


Ключевые слова

Партнёры
Rambler's Top100
Кунгурский каталог сайтов Free counters!
Поделиться в сетях
Сентябрь 2017
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Календарь Календарь


МИГРЕНЬ

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз

МИГРЕНЬ

Сообщение  Алина Дием в 07.09.17 11:58


   Зоинке Ковшевниковой нравилась жизнь в Кунгуре. Столько интересного после деревни – большие улицы, красивые каменные дома, кино показывают в специальных клубах. А Круглый магазин! Это целый город, чего только в нём нет, можно весь день по нему ходить и то не всё посмотришь.
   Есть большая городская библиотека. Зоинка уже записалась в неё с подругами. Читать она любила, все вечера с книжкой. В Байкино и в берёзовской школе с девчонками все обменивались книжками, а их штук пяток на всех. А тут заходишь в библиотеку и выбираешь сама ту книгу, какая понравится. А книг множество! Читала Зоя много и с увлечением. Учёба в педтехникуме тоже нравилась, и учителя хорошие, и подружки.
   Сначала не обращала внимания на головную боль. Ну, перестаралась, устала, наверное, много читала, надо отоспаться и всё пройдет. Иногда головная боль держалась три-четыре дня, потом отпускала. Мать всполошилась, позвала доктора Андрюкова. Тот всё расспросил, обследовал Зоинку с ложечкой и стетоскопом, подавил живот и посоветовал пока по вечерам не читать, а зрение срочно проверить у окулиста. Проверили. Зрение оказалось отличным. Головные боли продолжали возникать внезапно без видимых причин и так же внезапно исчезать через три-четыре дня. Врач в больнице послал на анализы и женский медосмотр. Всё оказалось в норме. Спать ложились не позже девяти часов, сократили чтение – всё по совету врача. А головные боли участились.
   Боль накатывала внезапно и усиливалась с каждой минутой. Доходило до тошноты и рвоты. Мутило от дневного света, в ушах звенело. Меряли давление – нет, опять всё в норме. Поставили диагноз – мигрень.
   Мигрень, мигрень – это слово стало ненавистным для Зоинки и Насти. Травяные чаи не помогали. Болеутоляющие лекарства и очень тугая повязка на лоб смягчали немного боль, но в глубине мозга оставалась тупая мучительная тяжесть. В такие дни на занятиях не высидеть. Начались пропуски уроков в педтехникуме. Доктор Андрюков хмурился, но утешал, что, возможно, с подростковым возрастом связано, а потом всё наладится и пройдёт. Подозрение на опухоль мозга у него было, но он боялся сказать об этом, чтобы не спровоцировать ухудшение. Успокоительные травяные чаи и свежий воздух прописал и дочери, и измученной заботами матери.
   Проходили месяцы, а улучшения не наступало. Зоинка подросла, выровнялась из подростка в симпатичную девушку, но мигрень её преследовала и отравляла жизнь. Врач развёл руками. Обследовать мозг в то время кунгурскому здравоохранению было, вероятно, не под силу. Думаю, это были первые симптомы болезни Паркинсона, от которой мама стала страдать после шести-десяти лет, которая измучила её последние десять лет жизни.
   Настя перепробовала все травы, которые знала сама и которые советовали травницы из Сорочьего ряда. Мигрень разрасталась и усиливалась, потом пропадала в один час, словно измывалась над бедными. Хуже всего, что возникала она внезапно, Зоинке приходилось уходить среди урока, так как рвало её немилосердно, еле успевала добежать до уборной. Учёбу в педтехникуме пришлось отложить до лучших времён. Учителя жалели хорошую ученицу, но что поделаешь, такая беда со здоровьем приключилась. Может, позже, когда здоровье наладится, Зоя Ковшевникова вернётся к учёбе в педтехникуме?
   Знали бы они, как боялась Настя за дочь! Боялась, что с ума сойти может её младшая дочь. Как сошла с ума мать Насти после пропажи дочери Дусеньки и отъезда единственного сына Максима в 1930 году. Почуяло сердце Федосьи Сергеевны, измученное тревогой за двойняшек, что нет уж их на земле.
   Испугалась и за других детей – за своих дочерей – за Анну в далёкой Сибири, за Анастасию и Татьяну, пусть и замужних, с детками, что ещё тревожнее. Младшая Санка осталась в доме, а толку от неё никакого, нервная, то смеётся, то ревёт, ничего не делает по хозяйству, не заставить её никак. Ну кто такую замуж возьмёт, вот и осталась с родителями странной старой девой, добавив тревоги матери.
   Всех Федосья стала побаиваться, тревожиться без меры за всех. Частенько заходили в Любимово дочери, то Настя из Байкино, то Татьяна из Мичково.
   Видели, что всё хуже матери становится, всё тревожнее она, боязливее. В последние годы перебралась жить на печь, сидела на ней и зимой, и летом.
   Печь обвешана пучками сухих трав, на полатях рядами берестяные туески с травами – Федосьино богатство. По-уличному звали Федосью Сырой – то ли оттого, что ходила по логам да урочищам в поисках трав и возвращалась в деревню с мокрым подолом, то ли оттого, что съедала некоторые грибы сырыми прямо в лесу и другим бабам показывала, какие грибы едят сырыми без вреда, а наоборот, с пользой для тела. Теперь Федосья Сырая с печи не слезала.
   Свесит ноги с печи, обопрётся о край худыми старческими ручками и покачивается, уставившись куда-то вдаль тусклым взглядом. Придут дочери, не узнает их сперва, потом вдруг вспомнит, начнёт хохотать без удержу. Страшно становилось от её смеха. Отец уходил с весны до осени на свою пасеку, подальше от дома, грустил в одиночестве.
   Дом зарастал пылью изнутри, травой снаружи. Прибежит порой Настя, вымоет мать в бане, постирает бельишко, Санку отругает за лень и беспорядок, наведёт чистоту да и уйдёт в своё Байкино. В другой раз Татьяна наведается, приберётся в доме, поплачет с отцом и тоже уходит в свою семью. Отец с тоской смотрел на свой когда-то сияющий чистотой дом, успокаивали его только пчёлы и пасека. Федосья-травница сошла с ума окончательно, своих узнавать перестала, ослабела, когда поест, когда и забудет. Сидела тихонько на печи, там и умерла в 1940 году.
   Вот такой беды – бабушкиного наследства – и боялась Настя для Зоинки, поэтому согласилась, что учёбу можно оставить на потом. Ну, раз учиться в городе дочери не надо, можно помочь мужу. Настя с Зоинкой перебрались на следующую зиму на лесоучасток, чтобы жить всем вместе, хоть и по чужим людям. Михаил обрадовался, жить ему с семьёй значительно лучше. Настя кормила, обихаживала, лечила его и Зоинку.
   Приезжала к ним из Байкино Пия, привозила святую воду для Зоинки, окропляла, давала пить, молилась, водила Зоинку в церковь – словом, делала всё, что, по её разумению, должно спасти племянницу от мигрени.
   Жили они в татарской деревне, вокруг которой был лесоучасток. Хозяйка-татарка, увидев, как мучается девушка, тоже поила её настоями из трав, обкуривала какими-то кореньями. От угара Зоинка выходила продышаться в деревню, познакомилась с девушками, работающими на участках бракёрами и десятниками. Зоинке хотелось и самой попробовать какую-нибудь несложную работу. После уговоров родители сдались. Отец поговорил с начальником участка, чтобы Зоинку оформили на работу бракёром на его участок, под ответственность отца. Если что, он даст возможность отлежаться во время очередной мигрени три-четыре дня, сам подменит при необходимости, а в другие дни она наверстает. Зима прошла, сплав заканчивался удачно, так что начальство подобрело и пошло навстречу мастеру: разрешили работать Зоинке.
   С 7 мая 1950 года Зоя Ковшевникова начала работу бракёром-приёмщиком в Кунгурской сплавной конторе. Ей было всего шестнадцать с половиной лет.
   Никто так и не узнал наверняка, что же помогло, но мигрени стали реже.
   Летом обходилась уже без лекарств, терпела. С осени уехали на новый участок.
   В русской деревне появились у Зоинки подружки, пришла на девичьи посиделки, увлеклась рукоделием. Вышивали крестиком наволочки на приданое, вязали крючком прошвы на постельное бельё и скатерти. Головные боли появлялись, но вроде не такие сильные, без рвоты. Зоинка поправилась и расцвела девичьей свежестью. Работа Зоинке тоже нравилась. Она легко сходилась по характеру со всеми, да и авторитет отца защищал, так что из-за работы ей не приходилось нервничать. Появились собственные деньги, а за ними наряды. Порой на лесоучастки привозили такие отличные вещи, которые в городе в магазинах не сыскать. Девчонки модничали одна перед одной. Зоя не отставала, старалась покупать одежду дорогую, качественную, слушала отца, доверяла его вкусу. Учёба в педтехникуме уже не казалась Зое столь привлекательной. Мать смирилась: лишь бы здоровье у дочери наладилось. Жаль, что не хочет учиться, но, возможно, в будущем появится желание получить профессию. А пока жили на съёмных квартирах по лесоучасткам в глухих деревеньках, о которых только в леспромхозах и знали.

Алина Дием
Русская поэтесса
Русская поэтесса

Сообщения : 50
Очки : 151
Репутация : 1
Дата регистрации : 2017-08-28

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения